Я вовлекал в это исследование членов собственной семьи (кстати, не самый хороший вариант для начала, только у моей матери мозг оказался чертовски совершенным), а также знакомых по загородному клубу, друзей моих родителей, помещая рекламные объявления в «Лос-Анджелес тайме», разнося рекламные листовки по местным университетам и опуская их в студенческие и преподавательские почтовые ящики. Я даже раздавал листовки на своих лекциях (хотя среди профессионалов в области охраны психического здоровья нормальных не так уж и много). К концу второго года исследований мы проверили свыше полутора тысяч людей и проска-нировали не более 65. Всего один человек из каждых 23 тестируемых, считавших себя нормальными, действительно отвечал нашим критериям. Вот три примера, когда люди были уверены в том, что они нормальные, но в действительности таковыми не являлись.

Пришедший к нам Брэд был женихом одной из наших сотрудниц. Его все любили. Он учился в школе, работал и казался во всех отношениях отличным парнем. Однако во время собеседования выяснилось, что учеба в школе давалась ему с трудом и что учителя считали, что он не дотягивает до предела своих возможностей. Он часто попростутерял время, был дезорганизованным, у него был плохой почерк и 3 года он баловался марихуаной и кокаином. Ему и в голову не приходило считать проблемой употребление веществ, изменяющих психическую активность, он даже не упоминал об этом до тех пор, пока мы его не разговорили.

Стив, молодой пастор местной церкви, считал себя добрым, знающим и абсолютно нормальным. Его жена, напротив, полагала, что он человек неуравновешенный, суровый и легко поддающийся переменам настроения. От матери он узнал, что в детстве получил серьезную травму головы, когда, взлетев на качелях на самый верх, упал на землю навзничь и, ударившись головой, на короткое время потерял сознание.

Джина вроде бы соответствовала всем нашим критериям и за все тесты получила хорошие оценки, за исключением незначительных затруднений с тестом на запоминание. Ее сканограмма обнаружила заметное снижение активности предлобной зоны коры головного мозга. Ничего не понимая, я снова провел с ней собеседование. Как оказалось, она совсем забыла сообщить мне, что некоторое время назад у нее диагностировали хроническую усталость. Ее легко доводили до слез любые волнующие события — в ее семье или в рекламном ролике. Сама она заявила: «Это же просто ненормально — плакать, когда показывают, как мать с сыном с аппетитом поедают жареного цыпленка по-кентуккийски в рекламе по телевизору».